Аркхимир [СИ] - Никита Бураковский

   Теперь я, спокойный за своего друга, мог оглядеться вокруг.

   Вся зала была завалена трупами, а несколько из них, к моему величайшему удивлению, вяло и бесцельно слонялись по огромным покоям. Другие восставшие мертвецы догрызали последних из уцелевших людей Герцога. Бедняги кричали и сопротивлялись, но зомби не обращали на это ровным счетом никакого внимания. Мелиор с несвойственной ему горячностью что-то доказывал мертвенно-бледному Нефариусу. Некромант досадливо махнул посохом, видимо, желая поскорее избавиться от явно докучавшего ему мага, и ходячие трупы - все как один - мешками упали на пол, не подавая более никаких признаков жизни. Малиша, прихрамывая, быстро шла ко мне. В ее кожаных доспехах виднелось несколько дыр, но, похоже, раны были несерьезными. В красивых глазах воительницы я с удивлением прочитал испуг и тревогу.

   - Прости, Никк, я не могла тебе помочь! - проговорила она, оказываясь рядом. - Я видела, как тебя утащила та жуткая лапа и хотела кинуться на помощь, но прихвостней Герцога оказалось слишком много и мне было не пробиться. Если бы не Нефариус, который своим жутким заклинанием - никогда не видела ничего подобного! - начал поднимать мертвецов, принявшихся сражаться с нами заодно, мы бы не справились...

   Девушка тяжело покачала головой, а затем продолжила, глядя мне прямо в глаза.

   - Я видела вашу битву с Герцогом. Видела, как он чуть не убил тебя и как чудом прорвавшаяся к вам Бени - никак не ожидала от нее такой отчаянной решимости, с какой она кинулась к тебе на помощь! - в последний момент спасла твою жизнь... Я была неправа, Никк! - с этими словами боевая дева неожиданно кинулась ко мне и крепко обняла. Подобное проявление чувств было для нее просто неслыханным - прилюдно Малиша всегда держалась от меня в стороне с подчеркнутой холодностью!

   Тело пронзила адская боль, а в глазах снова потемнело - видно, у меня были сломаны ребра.

   - Прости! - пролепетала воительница, почувствовав, что причинила мне боль.

   - Ничего, - выдавил я из себя улыбку и опустился прямо на пол, чтобы не упасть. - Видимо, я следующий в очереди к целителю...

   - Если бы к нашей группе присоединился именно целитель, мы бы избежали многих разногласий, - лукаво улыбнулась эта чертовка.

   Наш разговор прервал подошедший Нефариус.

   - Судя по всему, я не ошибся в вас, - произнес он. Было видно, что некромант едва держится на ногах.

   - Почему ты не предупредил нас о том, что Морум демонопоклонник? - с удивившим меня самого безразличием в голосе спросил я.

   - Я не был до конца уверен, что ты пошел бы на это дело, скажи я тебе все как есть. Все-таки выступать против целого клана, возглавляемого простым человеком это одно, а вот связываться с отступником, да к тому же таким могущественным - совсем другое. Так что я не мог рисковать. Ведь вы были мне просто необходимы: ты сам видел - моя атака только повеселила Герцога.

   - Если ты знал, что он отступник, мог бы натравить на него Инквизицию, - заметил я.

   - Инквизицию?! - колдун презрительно усмехнулся. - А твой дядя разве не рассказывал тебе, что случилось с Епископом Слэном, который пытался противостоять Моруму?

   - Рассказывал, - вспомнил я. - Его, кажется, отослали из этой епархии.

   - Вот-вот, - лицо некроманта превратилось в безжизненную маску: наверное, не стоило упоминать при нем об этой организации. - К тому же, если бы ваша прогнившая Инквизиция добралась до Герцога - я бы никогда не получил того, что мне нужно.

   С этими словами Нефариус подошел к обезглавленному трупу Морума и сунул руки под кирасу, с видимым наслаждением погружая их в горячую кровь. Немного повозившись, он вытащил причудливый амулет и поспешно спрятал его в карман, но я все же успел его увидеть.

   Это был маленький череп, с торчащим из его макушки кольцом для цепочки. Артефакт источал злую силу, ритмично пульсируя какой-то своей, непонятной для смертных жизнью. Его мертвые и вместе с тем живые глаза, пылая холодным черно-голубым огнем, пронзительно глянули на меня. И на мгновение мне показалось, что этот взор проник в самую глубь моего сознания.

   Внезапно все вокруг потемнело. А через миг я увидел, что тот же амулет висит на шее стоящего передо мной человека. Его лицо скрывал глубокий капюшон черной как ночь мантии, но мне отчего-то показалось, что он мне знаком. В одной руке колдун держал увенчанный гроздью черепов посох, в другой - древний ветхий гримуар. Произнося какое-то страшное заклятие - из уст чернокнижника вылетали такие звуки, как если бы говорил мертвец - он направил на меня вспыхнувший кислотным светом посох. Вырвавшаяся из него струя врезалась мне в грудь, и я вскинул руки, на которых не имелось ни кожи, ни мяса - были только кости.

   Не помня себя от безумия, я бросился на колдуна и вцепился зубами в его горло. Я рвал его до тех пор, пока не разгрыз главную артерию, а затем сорвал с бьющегося в предсмертной агонии тела амулет.

   Я сжимал этот злобно глядевший прямо в мою душу череп, и мои руки начали быстро обрастать мясом, мышцами, а затем и кожей. Вместе с тем чувствовался ошеломляющий поток сил, который наполнял меня словно опустошенный сосуд. Это было так восхитительно, что я не удержался и зашелся в безумном хохоте.

   - Здесь наши дороги расходятся, - сказал Нефариус, неожиданно возникнув рядом со мной.

   Я моргнул и, не понимая, что произошло, потряс головой. Вроде бы мне только что